Портретный очерк "Самый родной человек"

Ольга Т.

Прабабушка… Произношу это слово и чувствую, как душа моя наполняется теплом и добротой. И мне хочется подбежать к ней, прижаться щекой к щеке, обнять ее крепко-крепко и сказать те самые заветные слова о своей любви, которые хотела, но так и не успела сказать ей…

Вот уже несколько лет мы живем без нее… Работаем, учимся, занимаемся домашними делами… В суете будней не помним порой не то, что о других, но и о самих себе забываем. Но ее помним всегда. Каждый день, каждый час, каждую минуту. Забыть ее невозможно, потому что тогда нужно перечеркнуть всю жизнь.

Я храню в памяти черты лица, такие родные и милые сердцу. Особенно отчетливо помню ее голубые, слегка выцветшие глаза, выражение которых всегда зависело от настроения. Они были то грустные, то серьезные, то лукавые, то насмешливые, но чаше всего ласковые и внимательные. И обязательно полные доброты и ласки. Необыкновенность их заключалась в том, что они были всегда молодые и задорно блестели, когда бабушка была весела. Блеск их не гас даже тогда, когда она печалилась. Ее морщинки у глаз всегда напоминали мне лучики весеннего солнца. Нет, они не старили ее, напротив, каждая из них, расположившись в уголке, добавляла взгляду доброты и мудрости… Все в ее облике дорого мне, потому что с первых дней жизни прабабушка согревала меня своей любо-вью. Сейчас, когда ее уже нет в живых, все чаще вспоминаются мне моменты, которые раньше казались не такими значительными.

Что бы она ни делала, все приносило окружающим счастье. Встанет, бывало, рано поутру, замесит тесто, приготовит начинку (да не одну, а всем по вкусу) и давай печь пирожки! Кому с ливером, кому с грибами, кому с творогом — всем угодить хочет! И по всему нашему большому дому разносится такой аромат, что и не захочешь, а проснешься и с радостью побежишь к столу, где ждет душистый чай и пирожки, приготовленные ее заботливыми, не знающими покоя руками.

Руки эти я помню особенно отчетливо. Мягкие, испещренные жилками, как земля реками, они никогда не знали покоя. Сколько помню себя, прабабушка никогда не сидела без дела.

Когда я родилась, она уже была пенсионеркой, но на ней держался весь наш дом. Она и стирала, и убирала, и готовила, и в огороде работала. Однажды я неожиданно проснулась ночью и увидела, как прабабушка, сидя в темноте, вяжет. Не выдержала, спросила:

— Бабуля, ты почему не спишь, ведь уже ночь?

— Спи, голубушка, сердечко мое, мой Ангелочек. Я уж давно свое выспала. Ижнак бока болят. Я ужотко свяжу тебе варежки, красивые, с лебедушками. Будешь зимой в снежки играть, — слышу тихий и убаюкивающий голос и невольно закрываю глаза, погружаясь в сон, где царит счастье.

И все благодаря ей, моей любимой прабабушке.

У нее все спорилось. И все с шутками, потешками и прибаутками. Каждому находила теплое слово. Даже самое обыденное купание детей она превращала в праздник с песнями, с обязательным обрядом поливания из ковшика. Как сейчас помню ее нараспев произносимые слова: «Гуу-сии, водыы, с детки хворь и худобыы!» Потом она мягкими своими губами со-бирала водичку с темечка и сплевывала трижды через левое плечо. Чтобы никто не сглазил, чтобы дитя росло здоровым.

Или помню еще, как сидит за праздничным столом вся наша большая семья: бабушка, дедушка, трое их детей, и не одни, а с женами, мужьями, детьми и внуками. Всего двадцать три человека! И во главе стола она, наша бабуля. Кому мамочка, кому, бабушка, а кому и прабабушка. Но всем нам БАБУЛЯ! Самый родной самый близкий человек, который своей неизбывной любовью связал нас всех воедино.